«Если бы мне сегодня рассказали эту историю, я бы не поверил»
Воспоминания ярославца Семена Бройде о жизни во время и после войны
Дети войны - особенное поколение. Им рано пришлось повзрослеть и взять на себя вовсе не детскую ношу. Наряду со взрослыми они трудились на благо победы, а затем восстанавливали разрушенную страну. Воспоминаниями о том страшном времени и жизни после войны поделился труженик тыла Семен Иосифович Бройде.

Врач написал: умер от истощения
Однажды я упал на улице. По городу в то время постоянно курсировала машина, которая собирала трупы. Меня увидели, подняли и закинули в кузов. Привезли в морг, выгрузили, но, когда сверху бросили еще кого-то, от удара я очнулся. Не мог понять, где нахожусь, еле выбрался, меня качало. Не помню, как добрался до дома.

Второй раз плохо стало дома. Мама стала будить меня на работу, а я не просыпаюсь. Она брызгала водой, не помогало. Тогда соседка побежала к Знаменским воротам, там был телефон-автомат, и позвонила в «скорую». Приехал врач. Посмотрел зрачки, пощупал пульс и написал: «Бройде Сема умер в 5 часов 52 минуты. От истощения. Катафалк будет в течение двух часов». Мама закричала, соседи стали обливать водой, бить по щекам, делать искусственное дыхание. И я очнулся. А ту бумагу, которую написал доктор, мама хранила всю жизнь.

Конечно, пока шла война, я не ходил в школу. Видел, как ходят другие ребята, завидовал им. Учиться я пошел, когда мне исполнилось 23 года.

Самый счастливый день
В 6 часов утра 9 мая 1945 года Левитан объявил о Победе советского народа над фашистской Германией. У нас тогда не было ни телевизоров, ни радио-приемников, ни телефонов, один только черный круглый репродуктор, по которому мы каждый день по возможности слушали сводки Информбюро о делах на фронте. Это придавало нам силы, стойкости, мужества, чтобы выжить вопреки всему и своим трудом внести маленькую лепту в общую Победу. И если бы мне сегодня кто-нибудь рассказал эту историю о том, что маленький мальчик начал работать в восемь лет и спас от голодной смерти свою семью, я бы не поверил.

Сейчас мне очень обидно слышать и видеть, как многие ведущие западные политики пытаются переписать и исказить историю военных лет. Они отдают приоритет Америке и Англии, которые вступили в войну, когда Красная армия уже разгромила немецкие полчища и погнала их на запад. Больно видеть факельные шествия молодчиков-бандитов на Украине, потомков Шухевича и Бандеры, которых сделали национальными героями Украины, шествия фашистов в Эстонии, да и по всей Прибалтике. Пусть они вспомнят о детских концлагерях, где были замучаны сотни тысяч ребят.

Боялись ходить на дежурства: бандеровцы убивали часовых
В 1947 году начался второй этап моей жизни. Я поступил в ремесленное училище, затем меня забрали в армию, отправили к Одессе. Мы боялись ходить на дежурства: бандеровцы убивали часовых. Однажды ночью я стоял на посту у склада, вдруг слышу скрип. Сердце замерло. Я крикнул: «Стой! Кто идет?» Тишина, затем снова скрип. Я лег на живот и, когда шум стал громче, дал автоматную очередь по тому месту, откуда доносились звуки. Прибежали старший лейтенант и десять солдат. Они стали осматривать местность. Через несколько минут раздался хохот. Оказалось, я застрелил корову, которая отбилась от стада. Тем не менее за проявленную бдительность мне дали десять дней отпуска. А корову потом отдали в часть, и солдаты десять дней ели мясо.

Рядом с нами была Кантемировская танковая дивизия. Как-то ночью на ее штаб напали бандеровцы, перестреляли весь караул, забрали знамя и ушли. Нас отправили на поиски. В течение 12 дней мы искали бандеровцев, но не могли найти. А недалеко от части стояли три домика, в которых жили старушки. И оказалось, что во дворе одного из домов был колодец, в нем сделана маленькая дверца, а за ней - траншея, по которой бандеровцы уходили в лес. Выяснилось, что в их числе был даже директор школы.

Комсомольская жизнь
После армии работал токарем на ЯЭМЗ. Пошел учиться в школу рабочей молодежи. Я знал буквы, мог считать, а вот писать почти не умел, но меня зачислили сразу в третий класс. Занятия там были по вечерам, шесть дней в неделю. Сначала я учился, старался, а потом стал приходить, садился за последнюю парту и засыпал - так уставал на работе. Я проучился три года, меня переводили. По секрету скажу: это делали, потому что был передовиком на заводе. К тому же меня практически сразу избрали секретарем комсомольской организации цеха, а через два года - секретарем комитета комсомола завода. Начиная класса с шестого я почти не учился, но моя фотография, как лучшего ученика, висела на доске почета.

Энергии у меня было много. Я состоял в комсомоле до 36 лет, хотя пределом считался возраст до 28 лет. За это время создал несколько коммунистических бригад. В свободное от работы время мы участвовали в строительстве нашего нефтеперерабатывающего завода, домов-малосемеек на Автозаводской, общежития ЯЭМЗ. Помогали восстанавливать сельское хозяйство, шефствовали над детьми, которые находились в колонии на Толге. На целину в Джезказган по заданию обкома комсомола отправили 700 механизаторов, я был сопровождающим в той поездке. Приехали на станцию, а нас никто не встретил - поезд пришел на шесть часов раньше положенного времени. С несколькими товарищами пешком отправились в город. Зашли на почту. Кому звонить, не знали. Нам дали номер телефона дежурного Центрального комитета партии в Москве, мы позвонили. Не знаю, что после этого происходило, но, когда мы возвращались к своим на станцию, нас обогнали машины, в том числе и с полевой кухней. Оказалось, уже ехали за нами. В 1961 году наша комсомольская организация стала лучшей в области.

ДОСААФ и первый в стране автогородок
Однажды мне дали поручение организовать на заводе ДОСААФ. Мы собирали по всей области списанные машины, ремонтировали их. Готовили водителей автомобилей, мотоциклов, моторных лодок, стрелков. Участвовали в соревнованиях по мотоспорту и в авторалли. За девять лет наша организация выросла до 4,5 тысячи человек и стала первой в области и третьей в стране.

Затем меня назначили начальником участка литейного цеха по подготовке производства. В 1978 году на заводе сделали партию детских электромобилей. Нужно было показать, как они работают. И мы в Бутусовском парке построили первый в Советском Союзе автогородок с улицами, пешеходными дорожками, светофорами. Сделали все за сорок дней.

На открытии Федор Иванович Лощенков, первый секретарь областного комитета партии, попросил построить для города такой же объект, только в большем масштабе. Я нашел участок в Брагине - между Дворцом пионеров и улицей Блюхера. На выбранной площадке росло несколько сотен деревьев, их нужно было убрать. Предложил жителям 2-го Брагина спилить деревья и забрать их на дрова. За выходные все вырубили, остались одни пни. Шум после этого был страшный, грозились отдать меня под суд, вызывали в прокуратуру, в народный контроль. В это же время мы занимались проектированием. Решили, что нужно здесь сделать не только автодром, но и что-то для завода. Предложил построить спортивный зал, небольшой бассейн. Началось строительство, нас уже никто не трогал. Но сдать объект в эксплуатацию не получилось.

В дальнейшем я занимался делами производства на ЯЭМЗ. Внедряли много нового. Наш цех не раз становился победителем по количеству рационализаторских предложений. В подарок городу мы изготовили уникальную старинную лестницу и козырек для одного из зданий Демидовского университета, ограждения бульваров и парков, отлили рыбок для фонтана на площади Труда.

На пенсию я вышел в 2008 году, мой трудовой стаж - 65 лет, включая четыре года войны. Но я еще не отдыхал. Вот уже 12 лет как занимаюсь общественной работой.
Made on
Tilda